Валюта
  • Загрузка...
Погода
  • Загрузка...
Качество воздуха (AQI)
  • Загрузка...

20 апреля США открыли огонь и захватили иранское контейнерное судно в северной части Аравийского моря, недалеко от Ормузского пролива. Этот инцидент произошел на фоне морской блокады иранских портов, введенной Вашингтоном.

Текущая ситуация напоминает так называемую Танкерную войну 1980-х годов, которая была частью ирано-иракского конфликта. Тогда Ирак атаковал иранские нефтяные танкеры, стремясь подорвать экономику Тегерана. В ответ Иран обстреливал суда Ирака и его союзников в Персидском заливе.

В 1987 году администрация Рональда Рейгана запустила операцию «Earnest Will» по защите танкеров в заливе. Кувейтские суда были перерегистрированы под флагом США. Однако уже в ходе первой миссии одно из них подорвалось на иранской мине. В 1988 году фрегат USS Samuel B Roberts получил серьезные повреждения от мины, что спровоцировало операцию «Praying Mantis» против иранских кораблей.

Танкерная война завершилась в августе 1988 года при посредничестве ООН. По данным историка Сэмюэла Кокса, за 1987 год Ирак совершил 283 атаки на суда, Иран — 168. В результате погибли 116 моряков, 37 пропали без вести, 167 были ранены.

Нынешний кризис начался, когда Иран ужесточил контроль над Ормузским проливом. 4 марта Корпус стражей исламской революции (КСИР) заявил о полном контроле над проливом. Судоходство сократилось на 95%, цена нефти превысила 100 долларов за баррель.

13 апреля США ввели морскую блокаду иранских портов, развернув 33 иранских судна. 22 апреля Иран захватил два контейнеровоза в проливе. Первый вице-президент Ирана Мохаммад Реза Ареф заявил: «Безопасность Ормузского пролива не бесплатна».

Аналитики отмечают различия между нынешней ситуацией и событиями 1980-х. Бывший посол США в Бахрейне Адам Эрели подчеркнул, что Иран и КСИР обладают «революционным пылом» и способны выдерживать боль дольше, чем предполагают американские планировщики. Консультант по рискам Джон Филлипс добавил, что «Ормуз остается местом, где ограниченные действия могут иметь огромные последствия, но современный контекст более динамичен и потенциально более взрывоопасен».

Source: www.aljazeera.com