В своем рассказе, переданном Al Jazeera, иранская рыбачка Хадидже Бандари с острова Хенгам на юге Ирана объясняет, как война США и Израиля против ее страны нарушила ее работу и жизнь всех жителей острова.

28-летняя Бандари с детства выходила в море с матерью, которая научила ее ловить рыбу. Повзрослев, она получила собственную лодку и начала рыбачить. По ее словам, море принадлежит женщинам так же, как и мужчинам. Как и мать, она считает рыболовство частью своей жизни.

После замужества они с мужем переехали на остров Хенгам и открыли небольшой гостевой дом. Они продавали пойманную рыбу через свою страницу в Instagram и доставляли ее в разные иранские города. В принадлежащем им приморском ресторане они подавали туристам свежую рыбу, пойманную самими.

У них есть трехлетний сын Кейхан, чье имя означает «мир». Для них он — целый мир. Иногда он выходит с ней в море, но чаще остается на острове с отцом. Жизнь стала трудной, когда в январе на несколько недель был отключен интернет. Туристов стало меньше, онлайн-продажа рыбы прекратилась. Когда интернет восстановили, они вздохнули с облегчением, но ошиблись.

В субботу, 28 февраля, мать была в море, когда раздались взрывы. Звуки взрывов американских бомб достигли острова Хенгам, и вскоре была поражена соседняя деревня. Береговая охрана приказала жителям убрать прилавки и держаться подальше от пляжа. В первые дни все ожидали, что атаки закончатся через несколько дней или недель, но война продолжалась день и ночь.

Со временем семьи начали покидать остров. Пирс был закрыт, рыболовные лодки не могли выходить в море из-за страха быть пораженными американскими бомбами. Поездки между Хенгамом и Кешмом также были запрещены. Рыболовство, всегда бывшее частью их жизни, внезапно стало опасным занятием.

Когда война усилилась, жителей, живших ближе всего к пирсу, попросили покинуть дома из-за угрозы бомбардировки. Семья Бандари уехала к сестре на Кешм, а отец остался присматривать за козами. Ночные разговоры всегда были о том, сколько времени у них осталось на острове. Многие не хотели покидать дома, но бомбардировки продолжались.

Через месяц стало ясно, что война не скоро закончится. Для тех, кто остался, поддержание нормальной жизни стало важным. Мать звонила каждый день, умоляя уехать. Соседи собирались по вечерам у их прилавка, ели сладости и самсу, говорили о войне, утешая себя мыслью, что завтра все закончится.

В конце концов муж решил увезти семью на несколько дней к своим родственникам. На следующий день после отъезда остров снова подвергся атаке. Пирс, где они оставляли еду для отца и где играли дети, был разрушен, трое человек погибли. Телефоны не работали, и они не могли узнать подробности до вечера.

Ущерб не ограничился домами и пирсом. Многие потеряли все свои сбережения, обычно в виде лодки. Хава Арбаби потеряла лодку и дом, Ареф Арбаби — недавно построенный дом и лодку, Сохил Хормози и Абуталеб Зареи купили лодки в кредит, которые были уничтожены. Многие другие дома также пострадали.

С первых дней войны бизнес и средства к существованию на острове остановились. Туристы не приезжают, море небезопасно. Многие вынуждены рисковать и выходить в море, потому что это единственный источник дохода. Даже мать и брат Бандари продолжают рыбачить.

Бандари и ее муж потеряли бизнес и были вынуждены начать с нуля. Она начала продавать украшения из ракушек, а муж нашел работу на севере. Несколько месяцев назад они переехали на северное побережье, но их сердца остались на Хенгаме. Мать вернулась на остров рыбачить, и они постоянно волнуются за нее.

Бандари говорит, что они стали бездомными из-за войны, но она не хочет, чтобы жители Хенгама были известны только этим. Они всегда зарабатывали на жизнь рыболовством, туризмом и собственным трудом. Теперь они лишены возможности работать на своей земле. Им нужно вернуться к жизни: заменить разрушенные лодки, восстановить дома и, самое главное, обеспечить безопасность.

Source: www.aljazeera.com