В январе-июне 2026 года в Узбекистане было совершено 96 преступлений, связанных с получением взяток. Об этом стало известно 28 июля на общественных слушаниях в Агентстве по противодействию коррупции.

В ходе мероприятия один из журналистов отметил, что после объявления 2026 года «чрезвычайным» в сфере борьбы с коррупцией в социальных сетях резко увеличилось количество сообщений о задержанных за взятки. Он попросил агентство дать разъяснения о конкретных мерах по предотвращению коррупции.

Глава антикоррупционного агентства Акмал Бурханов заявил, что общественность больше обращает внимание на сообщения о задержанных за коррупцию, а новые системы и механизмы часто остаются в тени. «По нашим анализам, из 10 материалов, выходящих в СМИ за неделю, семь посвящены мерам по предотвращению коррупции, а три — привлечению к ответственности или задержанию кого-либо. Но именно сообщения о задержанных в ходе оперативных мероприятий или осужденных на срок вызывают больший резонанс», — сказал он.

Бурханов подчеркнул, что после объявления «чрезвычайного года» каждое преступление, связанное со взяточничеством, освещается открыто. Это создает у некоторых впечатление, что коррупция усилилась. «На самом деле цифры показывают иную картину. В первом полугодии прошлого года было зарегистрировано 107 преступлений, связанных со взяточничеством, а в этом году за тот же период — 96. Освещая каждый случай, мы хотим показать, что преступление не останется безнаказанным и наказание неотвратимо», — отметил глава агентства.

По его словам, наряду с обеспечением неотвратимости наказания важно более широко разъяснять профилактические меры, такие как сокращение бюрократии и снижение коррупционных рисков. «Мы должны больше объяснять, какие меры принимаются, чтобы не допустить коррупции. В этом направлении необходимо усилить пропаганду и профилактику», — сказал он.

Отвечая на вопрос о том, сколько выявленных агентством случаев коррупции доходит до суда и заканчивается приговором, Акмал Бурханов подчеркнул важность осторожности при публикации информации о коррупционных делах. Он отметил, что сейчас информация о задержанных публикуется открыто, но это не всегда означает, что вина человека доказана.

«У нас бывают случаи, когда до подтверждения вины в суде публикуются имена и фотографии. Однако здесь также существует вопрос достоинства личности и личных данных. Поэтому необходимо соблюдать баланс», — сказал он.

В качестве примера Бурханов привел информацию о бывшем хокиме одного из районов Сурхандарьинской области. По его словам, после того как бывший хоким был объявлен подозреваемым в коррупционном преступлении, общественность восприняла его как виновного. Позже суд не подтвердил его вину. «В результате у людей возник вопрос: „Как задержанный за преступление снова был назначен на руководящую должность?“ Однако его вина не была доказана, и следствие было прекращено на этом основании», — рассказал глава агентства.

Он подчеркнул, что в Узбекистане действует закон, запрещающий принимать на государственную службу лиц, чья вина в коррупционных преступлениях доказана в суде, и этот закон работает. Поэтому правовое заключение о человеке должно выноситься только по решению суда.

Бурханов напомнил, что в европейских странах информация о коррупционных делах обычно публикуется после вынесения приговора, и призвал СМИ не делать преждевременных выводов до завершения судебного процесса. «Итог каждого дела может быть разным: вина может быть доказана или не доказана», — сказал он.

Еще один журналист отметил, что в сообщениях о коррупции часто упоминаются не высокопоставленные чиновники, а их помощники или сотрудники низшего звена. Он спросил, почему высокопоставленные лица реже привлекаются к ответственности за коррупцию и когда это прекратится.

Акмал Бурханов заявил, что мнение о том, что к ответственности привлекаются только помощники чиновников, не соответствует действительности. Он подчеркнул, что в последнее время к ответственности привлекаются и руководители республиканского уровня, и районные хокимы. «В прошлом году десятки районных хокимов были привлечены к ответственности за коррупционные преступления. В этом году также возбуждаются дела в отношении первых руководителей. Независимо от должности, звания или положения, обеспечивается неотвратимость наказания за коррупционные преступления», — сказал он.

Бурханов отметил, что на районном и городском уровне коррупционные случаи встречаются чаще, поскольку там работает больше людей, и именно им даны полномочия по непосредственной работе с населением.

Он подчеркнул, что более позднее обнародование информации о делах в отношении высокопоставленных лиц связано с требованиями следственного процесса. «Например, по факту обрушения моста было возбуждено уголовное дело и передано в суд. Шесть должностных лиц в сфере дорожного строительства привлекаются к ответственности. Но приговор еще не вынесен. Вина должна быть сначала доказана в суде. Ожидается, что приговор будет оглашен в ближайшие дни», — сказал он.

По словам Бурханова, по делам, находящимся в стадии следствия, невозможно раскрыть всю информацию. «Я просил бы журналистов и блогеров: когда дело завершится, общественность должна получить полную информацию. Но в ходе следствия есть данные, которые не могут быть разглашены. Здесь важно соблюдать требования процессуального законодательства», — заключил глава агентства.

Source: www.gazeta.uz