Алагесан, 35-летний житель Коимбатура в Индии, заявил, что из-за нехватки топлива его магазин напитков и закусок находится под угрозой закрытия. Он сказал: "Я живу далеко от Ближнего Востока, но моя жизнь затронута. Из-за войны газовые баллоны недоступны. Я не знаю, что делать". Этот случай является примером глобального топливного кризиса, затрагивающего обычных людей по всему миру.
Пролив Хормуз, через который проходит пятая часть мировой нефти, стал практически непроходимым, что привело к росту цен на нефть до примерно 100 долларов за баррель на международных рынках. Это также вызывает увеличение стоимости бензина и других товаров, оказывая давление на потребителей и экономики по всему миру. Исполнительный директор Международного энергетического агентства (МЭА) Фатих Бирол заявил, что война на Ближнем Востоке создает "крупный энергетический кризис, включая крупнейшее нарушение поставок в истории мирового нефтяного рынка".
В Индии, которая импортирует около 60% сжиженного нефтяного газа, 90% из которого проходит через пролив Хормуз, с момента закрытия пролива проходит лишь часть ежедневного спроса. 57-летний Гангеш из Кералы отметил, что "большинство отелей переживают худший дефицит", а "закрытие большого числа закусочных приводит к безработице". Одна женщина сообщила, что "ожидание следующей партии газовых баллонов составляет 35 дней".
В Великобритании около 1,7 миллиона домохозяйств полагаются на мазут для отопления, а в Северной Ирландии это основной источник тепла для почти двух третей домов. Дэвид из Лондондерри сказал: "Многие люди здесь в Северной Ирландии обеспокоены дополнительным и немедленным ростом их топливных расходов". 50-летняя Энн из Пертшира в Шотландии сообщила, что цена на парафин выросла с 600 до 1450 фунтов стерлингов, что "недоступно" для них, и они остались без отопления.
46-летняя Алекс из Нового Южного Уэльса в Австралии сократила использование автомобиля из-за роста цен на топливо и панических покупок. Она добавила: "Меня беспокоит, как война поднимет цены на топливо, но в основном я просто печальна и ужасаюсь насилию и потере жизни. Война не о безопасности или защите границ. Война — это то, как выглядит жадность на публике".
Source: www.theguardian.com