Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) объявили о выходе из ОПЕК и расширенной коалиции ОПЕК+ с 1 мая 2026 года. Министр энергетики Сухейль аль-Мазруи объяснил решение гибкостью, производственными мощностями и долгосрочными национальными интересами. Однако за этим шагом стоят глубокие региональные политические противоречия.
По мнению экспертов, выход ОАЭ является последним признаком серьезного разрыва в отношениях с Саудовской Аравией. В декабре 2025 года саудовская авиация нанесла авиаудар по эмиратскому конвою с оружием в порту Мукалла в Йемене. В начале 2026 года по требованию Эр-Рияда был распущен Южный переходный совет (ЮПС) — главный прокси Абу-Даби в Йемене.
Аналитики отмечают, что Саудовская Аравия стремится сохранить территориальную целостность арабских государств и позиционировать себя как региональную стабилизирующую силу. ОАЭ же с 2015 года выстраивают доктрину силового проектирования через негосударственных акторов в Ливии, Судане, Сомали и Йемене. Эр-Рияд теперь рассматривает эту доктрину как структурную угрозу своей безопасности.
Выход ОАЭ отличается от выхода Катара в 2019 году. Катар был маргинальным производителем нефти, переориентировавшимся на газ. ОАЭ же были третьим по величине производителем ОПЕК, обеспечивая около 12% ее общего объема. Это ампутация, которая обнажает внутренний кризис организации.
С начала войны в Украине ОПЕК+ воспринимается в Вашингтоне как инструмент, обслуживающий российские интересы. Выбирая свободу производства, Абу-Даби посылает сигнал о дистанцировании от этой архитектуры. На фоне прямых атак Ирана на территорию ОАЭ и открытой конфронтации с Саудовской Аравией, Вашингтон становится необходимостью для обеспечения безопасности.
Реальный проигравший — не Саудовская Аравия, а сама идея коллективной способности арабских нефтедобывающих стран формировать глобальный энергетический порядок. Каждый выход, Катар вчера, ОАЭ сегодня, превращает ОПЕК во все более нерепрезентативный инструмент, идентифицируемый исключительно с интересами Саудовской Аравии.
Source: www.aljazeera.com