В отдаленной долине Тулайл вблизи линии контроля в индийской части Кашмира 25-летний исполнитель на языке шина Аасим Ясин говорит, что случайная встреча в его деревне Буглиндер вернула ему решимость заниматься музыкой. Студент колледжа из соседнего поселка Танвир включил на телефоне недавнюю песню Ясина Sangh Mukh Shamah на языке шина — момент, который певец считает доказательством того, что местная аудитория ценит его работу, хотя музыка здесь не всегда воспринимается как профессия. Материал, входящий в серию о том, как искусственные границы меняют повседневную жизнь, рассказывает, как молодые музыканты шина в Гурезе, Драсе и пакистанской части Гилгит-Балтистана используют соцсети, чтобы сохранять язык и восстанавливать связи разделенного сообщества.
Главные факты: Речь идет о музыкантах, говорящих на шина, в Гурезе, Драсе и Гилгит-Балтистане, которые публикуют песни онлайн, несмотря на слабый интернет, финансовые трудности и ограничения на передвижение. По данным материала, онлайн-музыка стала для разделенных семей и общин более безопасным способом общения без прямого трансграничного контакта. Также упоминается нападение вблизи Пагалгама в апреле 2025 года, в результате которого, по утверждению публикации, погибли 26 человек, как часть сложной обстановки в сфере безопасности.
Разделение общины носителей языка шина связано с разделом 1947 года и установлением линии контроля, которая делит Кашмир на индийскую и пакистанскую части. Дед Ясина рассказывал, что его двоюродный прапрадед жил в Гилгит-Балтистане до раздела и остался там, когда регион перешел под контроль Пакистана; позже контакты стали крайне трудными, а опасения по поводу безопасности, по словам Ясина, привели к утрате семейных связей. Гурез расположен на исторических маршрутах, связывавших Кашмирскую долину с Центральной Азией, включая путь через перевал Бурзил в Астор, однако у жителей нет местного перехода для поездок к родственникам в Гилгит. Когда-то автобусы связывали Сринагар с Музаффарабадом и Пунч с Равалакотом, но ни один из этих маршрутов не проходил через Гурез.
Артисты начали публиковать песни на шина в Facebook и YouTube в конце 2010-х годов, а к 2020 году жители уже использовали онлайн-музыку для восстановления связей по обе стороны гор. 35-летний учитель из деревни Пурана Тулайл, попросивший не называть его имя из-за опасений за безопасность, сказал, что песни стали эмоциональным средством связи: ‘Через музыку мы могли передать послание, не отправляя его. Когда поет исполнитель с этой стороны, наша община по ту сторону границы слушает’. Ясин отметил, что в его краю музыку часто не считают работой: ‘Иногда я думаю уйти в другую профессию, но затем кто-то включает мою песню на телефоне, и я продолжаю’. В Буглиндере жизнь его семьи связана с фермерством; возле деревянного дома стоит зомо — гибрид яка и крупного рогатого скота, а по двору ходят куры. Мать готовит намкин-чай, розовый соленый чай Кашмира, на глиняной печи.
Материал представляет усилия музыкантов одновременно как сохранение культуры и тихую форму трансграничной связи, но отмечает и устойчивые препятствия: финансовое давление, нестабильный интернет и политические ограничения на передвижение. В долине Ясина на холмах стоят бункеры, через горы тянутся заграждения, за хребтами наблюдают камеры, а дороги контролируют блокпосты; зимой снег может на месяцы закрывать пути, ограничивая доступ к школам, рынкам и медицинской помощи. Пока песни продолжают преодолевать пространство там, где люди часто не могут, разделенная община шина получает общее пространство онлайн, тогда как более широкий политический спор вокруг Кашмира остается нерешенным.
Source: www.aljazeera.com